Facebook и некоторые из его корпоративных союзников решили, что мир нуждается в еще одной криптовалюте, и что запуск новой виртуальной монеты — лучший способ использовать огромные возможности, имеющиеся в их распоряжении. Подобные планы Facebook говорят о том, что с американским капитализмом двадцать первого века что-то не так

В некоторой степени это любопытное время для запуска альтернативной валюты. В прошлом жалобы на традиционные валюты в основном были связаны с их нестабильностью, а быстрые и неопределенные инфляционные колебания делали их плохим средством сбережения. При этом доллар, евро, иена и юань демонстрировали удивительную стабильность. Сегодня, скорее наоборот, беспокойство вызывает дефляция, а не инфляция.

Мир также добился прогресса в области финансовой прозрачности, что затрудняет использование банковской системы для отмывания денег и других незаконных видов деятельности. К тому же технологии позволяют эффективно осуществлять транзакции, переводя деньги со счетов клиентов розничным торговцам за несколько наносекунд, при этом обеспечивается высокая защита от мошенничества. Последнее, что сейчас нужно, это новый инструмент для незаконной деятельности и отмывания доходов, коим почти наверняка и окажется другая криптовалюта.

Реальная проблема, связанная с существующими валютами и финансовыми механизмами, которые используются для платежей и накопления сбережений, заключается в отсутствии конкуренции и регулирования компаний, которые контролируют транзакции. В результате потребители — особенно в Соединенных Штатах — платят за осуществление платежей в несколько раз больше их стоимости, оставляя в карманах Visa, Mastercard, American Express и других банков десятки миллиардов долларов «ренты» — чрезмерной прибыли — каждый год. Поправка Дурбина к закону Додда-Франка 2010 года ограничивает комиссии по дебетовым картам только в очень незначительной степени, и она никак не решила более серьезную проблему чрезмерных комиссий по кредитным картам.

Другие страны, такие как Австралия, проделали куда большую работу, в том числе запретили компаниям-эмитентам кредитных карт использовать договорные условия для сдерживания конкуренции, тогда как Верховный суд, похоже, закрыл глаза на антиконкурентные последствия таких положений. Но даже если США хотят иметь неконкурентоспособную второсортную финансовую систему, Европа и остальной мир должны сказать «нет»: защита конкуренции не означает антиамериканские настроения, как, похоже, недавно предположил Трамп, критикуя еврокомиссара по вопросам конкуренции Маргрет Вестагер.

Оправданные сомнения

Возникает законный вопрос: что представляет собой бизнес-модель Facebook, и почему многие так заинтересованы в его новом предприятии? Возможно, они хотят сократить платежи за аренду платформ, через которые осуществляются транзакции. Тот факт, что, по их мнению, усиление конкуренции не приведет к снижению прибыли почти до нуля, свидетельствует об уверенности корпоративного сектора в способности влиять на рынок, а также гарантировать, что правительство не будет вмешиваться, чтобы контролировать эти перегибы.

После того как Верховный Суд США снова вознамерился подорвать американскую демократию, Facebook и его друзья могут подумать, что им нечего бояться. Однако здесь должны вмешаться регуляторы, которым поручено не только поддерживать стабильность, но и обеспечивать конкуренцию в финансовом секторе. В других же странах доминирование американских технологических компаний с их антиконкурентной практикой не вызывает особого энтузиазма.

Предположительно, стоимость новой валюты Libra будет привязана к глобальной корзине валют и на 100% обеспечена, по-видимому, разными казначейскими облигациями. Итак, вот еще один возможный источник дохода: не выплачивая проценты по «депозитам» (традиционные валюты, обмениваемые на Libra), Facebook может получить арбитражную прибыль от процентов, которые он получает по этим «депозитам». Но зачем кому-то вкладывать деньги в Facebook под ноль процентов, если можно вложить деньги в еще более безопасный казначейский вексель США или в инвестиционный фонд денежного рынка? (Учет прибыли и убытков на вложенный капитал каждый раз, когда происходит транзакция, поскольку Libra конвертируются обратно в местную валюту, а налоги, судя по всему, являются важным препятствием, если только Facebook не считает, что может не обращать внимания на налоговую систему из-за проблем с конфиденциальностью и конкуренцией).

Есть два очевидных ответа на вопрос о бизнес—модели: один заключается в том, что люди, которые занимаются незаконной деятельностью (возможно, включая нынешнего президента Америки), готовы заплатить довольно много, чтобы их деятельность — коррупция, уклонение от уплаты налогов, торговля наркотиками или терроризм — осталась незамеченной. Но, почему, добившись значительного прогресса в пресечении использования финансовой системы в преступных целях, кто-то, не говоря уже о правительстве или финансовых регуляторах, должен мириться с подобными инструментами просто потому, что на них висит ярлык «технология»?

 

Такая бизнес-модель нам не нужна

Если именно такова бизнес-модель Libra, правительства должны немедленно закрыть этот проект. Libra, как минимум, должна подчиняться тем же правилам прозрачности, которые действуют для всего остального финансового сектора. Но тогда это будет не криптовалюта.

В противном случае, компания сможет извлекать данные, передаваемые во время транзакций Libra, как и все другие данные, которые попадают в руки Facebook, укрепляя его рыночную власть и увеличивая прибыль, а также еще больше подрывая безопасность и конфиденциальность. Facebook (или Libra) может пообещать не делать этого, но кто в это поверит?

Тогда уже встает вопрос о доверии. В основе каждой валюты лежит уверенность в том, что с трудом заработанные доллары, вложенные в нее, будут выплачиваться по требованию. Частный банковский сектор уже давно показал свою ненадежность в этом отношении, и именно поэтому необходимы новые нормативы для регулирования финансовых услуг.

Однако Facebook удостоился такого недоверия всего за несколько лет, хотя у банковского сектора ушло на это гораздо больше времени. Снова и снова руководители Facebook, выбирая между деньгами и выполнением своих обещаний, предпочитают деньги. А ничто не может быть связано с деньгами больше, чем создание новой валюты. Только дурак доверил бы свое финансовое благополучие Facebook. Но, может быть, в том-то и дело: с учетом такого объема личных данных за счет 2.4 млрд активных пользователей в месяц, кто может знать лучше, чем Facebook, сколько простаков рождается каждую минуту?