Латвия пыталась стать «восточноевропейской Швейцарией» — и активно развивала для этого свой банковский сектор. Но результат удручает: страна все быстрее получает сомнительную славу крупнейшего центра финансовых махинаций.

Про ликвидируемый сейчас латвийский банк ABLV белорусы вряд ли бы вообще когда-либо услышали. Но неожиданно он оказался связан с белорусским политическим процессом: белорусские следователи связали его с Виктором Бабарико. Существует ли такая связь на самом деле, была ли она криминальной — хорошо, если мы узнаем постфактум, уже после выборов. Однако мы заинтересовались историей самого банка ABLV и выяснили немало интересного. И про него, и про Латвию, которая в какой-то момент превратилась в мировой центр теневых финансов — но потом исправилась.

 ABLV Bank: как это было (часть 1)

ЧАСТЬ 2: ABLV «ВЫХОДИТ НА СЦЕНУ»

Как я уже сказал в прошлом тексте, правительство Латвии начало «чистить» банки страны в 2016-м, но по негласной договоренности им дали более года на то, чтобы привести свои дела в порядок и избавиться от наиболее одиозных клиентов с их активами.

Не все, однако, так поступили. И правоохранительные органы Латвии при поддержке спецслужб стран ЕС и США начали действовать. Сперва в феврале 2018-го к обвиненному в вымогательстве взяток главе Банка Латвии Илмару Римшевичу явились с обыском. Одновременно латвийская государственная Комиссия рынка финансов и капитала, выполняя решение Европейского центрального банка (ЕЦБ), запретила дебетовые операции с клиентскими счетами одному из крупнейших банков страны — ABLV. Руководство сети по борьбе с финансовыми преступлениями Министерства финансов США (FinCEN) обвинило ABLV в отмывании средств. Американцы заявили, что банк входил в цепочку передачи средств, шедших на финансирование северокорейской ядерной программы, а также был «прачечной» для денег, поступавших из Азербайджана, России и Украины.

Почему ABLV, откуда он взялся?

Банк был создан в 1993 году на базе регионального отделения Банка Латвии в городе Айзкраукле под названием Aizkraukles banka. В 1995 году новыми акционерами и руководителями банка стали Эрнест Бернис и Олег Филь. Им же до сих пор принадлежит контрольный пакет банка (по 43% акций каждому). Оба банкира многие годы были фигурантами списка миллионеров Латвии, а в 2012-м возглавили его.

В 1995 году банк начал расширять свою деятельность, открыл филиал в Риге. В последующие годы банк активно работал в сфере обслуживания зарубежных клиентов. В 2008-м банк принял новую стратегию: был сделан акцент на «индивидуальных финансовых решениях» для клиентов.

С 2009-го банк предлагал клиентам услуги по защите и структурированию активов. Обычно за этими эвфемизмами скрываются вполне определенные услуги по выведению, отмыванию средств и уходу от налогов.

В 2011 году банк сменил название на ABLV Bank и выпустил собственные облигации. В 2013-м банк открыл представительство на Кипре. Журнал Euromoney признал ABLV Bank лучшим банком Латвии.

В 2016 году по объему активов и оборота банк вошел в тройку крупнейших в Латвии после скандинавских Swedbank и SEB. Облигации ABLV Bank котировались по списку ценных бумаг биржи Nasdaq Riga. (Их исключили оттуда 30 июня 2020 года.)

Впрочем, в финансовом сообществе на постсоветском пространстве у банка была иная — и вполне определенная — репутация.

«Если кто-то говорил, что работает с ABLV, все сразу понимали, что он занимается вполне определенным делом: легализует „серые“ или вообще откровенно криминальные деньги, — пояснил обозревателю Office Life московский финансовый консультант Вадим Сафронов. — Впрочем, латвийские ребята делали свое дело действительно талантливо. Американцам из FinCEN пришлось притягивать за уши сотрудничество ABLV с северокорейцами, чтобы не раскрывать реальных владельцев активов на пару миллиардов долларов с известными фамилиями, и не только с территории СССР. Европейский центробанк тоже не хотел кучи скандалов — выяснилось бы, что махинации шли прямо у них под носом».

Конечно, в ABLV все обвинения опровергли и упрекнули власти, поверившие FinCEN, в «политической импотенции». Потом руководство банка даже представило собственный свод возражений с многочисленными ссылками на американское законодательство и европейские нормы по борьбе с отмыванием денег, реализованные в банке.

Но вряд ли это уже могло помочь. Банку ABLV пришлось приостановить членство в Латвийской ассоциации коммерческих банков. Затем всего за неделю из банка вывели €600 млн. В результате 26 февраля 2018-го акционеры ABLV на чрезвычайном заседании приняли решение о самоликвидации.

После чего сотни изданий перепечатали «крик души» сотрудницы банка Ружены Польской, который она опубликовала в Facebook:

Столько одновременно плачущих в голос людей — мужчин в том числе — я никогда до сегодняшнего дня не видела. Сегодня убили наше детище. Сдали, раздавили, наехали асфальтовым катком. За неполные две недели укатали бизнес без долгов, дыр, с кучей документов на каждую транзакцию и клиентами. Все требования ЕЦБ — выполнены. Все мониторинги КРФК — пройдены. Деньги — есть. Залоги — даны.

Правительство Латвии никак не пыталось защитить банк, и работы лишились 900 человек. На момент начала самоликвидации группа ABLV состояла из нескольких компаний: ABLV Bank, ABLV Bank Luxembourg, ABLV Asset Management, ABLV Capital Markets, ABLV Corporate Services, ABLV Consulting Services, Pillar Holding Company и др.

Уголовное дело о предполагаемой отмывке теневых капиталов в ABLV Bank было возбуждено в конце 2018 года. Но только в июне 2020-го по нему прошли первые массовые обыски. В полиции говорят, это еще быстро, учитывая объем проверяемой информации. По словам начальника 1-го отдела УБЭП Латвии Инесе Гисе, только в рамках этого основного процесса исследуются сделки 200 клиентов банка, проверяются сотни тысяч денежных переводов на совокупную сумму в несколько миллиардов евро. Труд был титанический, чтобы прийти к предварительным выводам, подтверждающим прозвучавшие подозрения, сказала Гисе. И вот теперь, после двух лет работы, следствие склоняется к версии, что в банке все же происходили операции с незаконно приобретенными клиентами средствами.

В общей сложности УБЭП расследует порядка 50 уголовных дел, так или иначе связанных с отмывкой капиталов через ABLV. На сегодняшний день из 12 их фигурантов семеро — это сотрудники самого банка, включая одного бывшего члена правления. Обыски прошли в 46 местах, в них было задействовано 230 правоохранителей.

По данным Генпрокуратуры Латвии, незаконно приобретенные средства, перечислявшиеся через ABLV дальше в Европу, в основном российского и белорусского происхождения, а получены эти суммы были путем мошенничества и неуплаты налогов. (Странно, что Украина в контексте этого мошенничества больше не упоминается, хотя в 2018-м ее в контексте «дела ABLV» вспоминали достаточно часто.) Еще четверо подозреваемых — иностранцы, они находятся за пределами Латвии, и по этим персонам поданы запросы за рубеж на получение правовой помощи.

Как рассказал журналистам прокурор Дайнис Штейнбергс, по данным следствия, в мошеннической схеме участвовали люди из нескольких стран. Деньги из Беларуси и России, полученные незаконным путем, перекачивались на счета в ABLV, принадлежащие главным образом предприятиям Великобритании, а затем в другие кредитные учреждения — и в Латвии, и за ее пределами.

«На этом, втором этапе подключались отдельные сотрудники ABLV, которые советовали клиентам, как лучше совершить транзакции, чтобы те не выглядели подозрительными», — пояснил прокурор.

Латвийская полиция не исключает, что обвинение может быть выдвинуто и самому банку ABLV как юридическому лицу.

Между тем от происходящего продолжают страдать белорусские бизнесмены. В середине июня белорусский владелец латвийской компании SIA Petrohim International Carriers Евгений Баровский пожаловался журналистам местного издания Dienas Bizness на заморозку €900 тыс. на счетах самоликвидируемого ABLV Bank. При этом предприятие бизнесмена имеет ежегодные обороты порядка €20 млн и регулярно платит налоги.

По словам Баровского, бизнес-сообществу Латвии необходимо задуматься о том, как происходит процедура ликвидации некогда мощной кредитной организации, так как ситуация не кажется адекватной.

«Это касается как сроков, так и подхода к работе латвийских учреждений. На мой взгляд, здесь больше политических, чем экономических интересов Латвии. Здесь нет деловых интересов или логики. ABLV Bank является резидентом Латвии. Наша компания является резидентом Латвии. Однако прошло более двух лет, а мы не видим наших денег», — отметил Баровский.

По его словам, счет в ABLV был открыт за несколько месяцев до того, как появилась аналитическая записка американского FinCEN, в которой банк подозревался в нарушениях в области противодействия отмыванию средств и финансированию терроризма.

ДЕНИС ЛАВНИКЕВИЧ